Правительство РФ накануне опубликовало постановление, согласно которому граждане имеют теперь право носить оружие не только во время охоты, на спортивных состязаниях и в учебных целях на стрельбищах, но и «в целях самообороны».

Буквально на следующий день заместитель председателя комитета по конституционному законодательству Совета Федерации Константин Добрынин поднял эту тему на заседании верхней палаты российского парламента. «Необходимо внести в него (в постановление) уточнения во избежание двойного толкования, норма должна быть жестче», — заявил Добрынин. В переводе с бюрократического сленга это означает: нечего всяк, кому не лень, по улицам с ружьями шастать.

Справедливости ради, надо сказать, что упомянутое постановление правительства, так перепугавшее сенаторов, действительно допускает различное толкование, и будучи реализованным, может привести к тому, что на улицах российских городов может появиться тот самый человек с расчехленным ружьем, которого так боится и российский обыватель, и российский законодатель, и даже российский президент. В частности, РИА «Новости» напоминают слова Владимира Путина, сказанные им по похожему поводу еще год с лишним назад: «у нас и так на руках у населения много оружия,… поэтому искусственно стимулировать этот процесс очень опасно».

Власть в России всегда боялась «человека с ружьем», потому что вооруженный народ – ее страшный сон. При этом она впадает в противоречие, которое не в состоянии объяснить ни ему, ни самой себе.

С одной стороны, российская власть, особенно в последнее время, постоянно льстит народу, уверяя, что он лучше других. С другой стороны, на поверку выясняется, что на деле власть считает, что ее народ хуже других. Хуже американского, шведского, норвежского или швейцарского. Им можно иметь оружие, а нам нет. Получается, что им их правительства оружие доверяют (причем, какое – не только охотничьи берданки, но и револьверы с пистолетами, и даже армейские винтовки, как в Швейцарии!), а наш человек, тот самый, что лучше других, этого не достоин. Несознателен, нецивилизован.

Только доверь нашему человеку винтовку или пистолет, возьмет и пойдет стрелять сограждан. А что еще хуже – нерадивых чиновников…

Вообще, недоверие государства к своим гражданам — характерная черта любой авторитарной власти. Чем авторитарнее, тем меньше доверяет. И наоборот – чем демократичней система, тем больше она верит своим согражданам. Что тоже объяснимо, поскольку при демократии власть и формируется, и контролируется народом. Она там, собственно, и есть организованный во власть вооруженный народ, а не оторванная от народа, замкнутая в себе каста, как при автаркии, где не народ формирует власть, а она сама себя формирует (в наше время это, как правило, происходит при помощи имитационных выборов). В этой системе, соответственно, не народ контролирует власть, а она его.

В наиболее развитых демократиях, таких как Швеция, Швейцария, Норвегия, США – право на ношение оружие граждан давно зафиксировано в соответствующих законах и применяется на практике.

В России был краткий период эпохи Великой русской революции 1917-22 годов, когда власть не боялась человека с ружьем, потому что в тот момент сама во многом и представляла собой вооруженный народ в лице нескольких миллионов вооруженных солдат, матросов, рабочих, организовавшихся в боевые дружины, и крестьян, взявшихся за вилы и обрезы. Этот период нашел свое несколько запоздалое отражение в литературе. В частности, в знаменитой в свое время пьесе Николая Погодина «Человек с ружьем», в которой Ленин уговаривает солдатского ходока, уставшего от четырех лет мировой войны, не бросать винтовку, поскольку она, дескать, еще пригодится…

В реальной жизни ко времени постановки этой пьесы (1937 год), «человек с ружьем» уже ушел в историю и литературу, а власть вновь страшно отдалилась от народа, став, как обычно в России, замкнутой, далекой от него кастой.

Почему нынешний российский обыватель боится «человека с ружьем» — тоже не бином Ньютона. Он всегда боится того, чем его пугают из телевизора. Телевизор же (это виртуальное воплощение нашего государства) пугает обывателя, потому что «человека с ружьем» боится власть.

Впрочем, все обывательские и чиновничьи страхи, очень часто не соответствуют действительности. В реальности российский народ и сегодня вполне себе вооружен. Ему запрещено иметь «короткоствол», но так называемого «гражданского оружия» (травматического) у нас, по данным МВД, на которые ссылаются те же РИА «Новости», не менее 6,5 млн единиц. Случаи же его неадекватного применения, как и на Западе, единичные. Так что нет причин для истерик, господа.

Александр Желенин

Источник: rosbalt.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: